Расчеты французских мюнхенцев были отлично известны Гитлеру. Через посла в Париже Вельчека он знал, например, о намерении правительства Даладье «образумить коммунистов». В январе 1939 г. Бонне зачитал Вельчеку отдельные абзацы своей предстоящей речи в палате депутатов, подчеркивая, что они предназначены «исключительно для внутреннего употребления», другими словами — для обмана общественного мнения. В этих абзацах речь шла о том, что Франция остается верна своим пактам с Польшей и СССР.
Французская коммунистическая партия не могла знать о закулисных махинациях правительства Даладье. Но она всеми силами стремилась предотвратить опасное развитие событий. 21 января 1939 г. ЦК ФКП провел Национальную конференцию партии. В эти дни в Испании республиканцы вели ожесточенные бои в защиту Мадрида и Барселоны, франкистские войска продвигались на север, создавая угрозу Франции.
Конференция ФКП выразила готовность «поддержать такую правительственную политику, которая могла бы оказать эффективную помощь Испании и обеспечить безопасность границ» самой Франции. Она призвала всех честных французов «объединиться вокруг программы национального возрождения, основные принципы которой содержатся в программе Народного фронта, принятой всеобщим голосованием в 1936 г.».
Но Даладье даже не откликнулся на этот призыв. После того как войска испанских мятежников появились у французской границы, Бонне вступил в дипломатические переговоры с Франко. А когда 28 февраля пал Мадрид, состоялось официальное признание французским и английским правительствами диктаторского режима в Испании. В Мадрид в качестве посла Франции был послан маршал Петен — «человек, который легко мог найти общий язык с испанским диктатором».
|
Маршал Петен 
Несмотря на то что у Франции были возможности оказать германскому милитаризму сопротивление и заставить Гитлера уважать международные договоры, правящие круги заняли иную позицию; это в конечном счете привело к легализации вторжения германских войск в Рейнскую демилитаризованную зону. Бездействие имело для Франции тяжелые стратегические и
политические последствия. Заняв позиции на французской границе,
германская армия ускоренными темпами возводила «линию Зигфрида».
Создавалась непосредственная и реальная угроза для безопасности Франции. Политика французских
